Военачальники армии США в ходе войны с гитлеровской Германией и ее сателлитами не очень стремились делать своих подчиненных наркозависимыми. Они считали, что солдаты смогут самостоятельно справиться и с утомлением, и с нехваткой сна, и с болезнями – без помощи каких-либо химических веществ. Однако в дело вмешалась пресловутая коммерция…
Проверка на эффективность
Слухи о потрясающих результатах применения наркотических средств немецкой армией в ходе войны с Францией в 1940 г. достигли ушей не только британцев, но и американцев. В связи с тем, что их возможности были чуть шире, чем у Великобритании, то опытами в данной сфере США занялись не торопясь и в широком масштабе.
В начале 1941 г. по линии Национального исследовательского комитета в медицинском центре Северо-западного университета начали проводить соответствующие эксперименты. Попутно в армии начался проект на базе военного Центра авиационной медицины.

В опытах задействовали студенты-волонтеры, а также военнослужащие – бойцы пехоты, шоферы, члены танковых экипажей, летчики – и военная техника.
Участников экспериментов проверяли на тренажерах по проверке концентрации внимания и на центрифугах. Они преодолевали значительные расстояния на своих ногах и на транспорте. Осуществлялись исследования в барокамерах и в ходе реальных вылетов.
Американские ученые проверяли влияние как природных – эфедрина и кофеина – так и искусственных психостимуляторов: химических веществ на основе метамфетамина, амфетамина и дексамфетамина, а также их сочетаний.
Существовала и контрольная группа, употреблявшая безобидные вещества-плацебо.
После проведения экспериментов в США пришли к тому же заключению, что и в Англии. Объективно никакого роста работоспособности не существовало. Что же касается средства борьбы с утомлением и недосыпом, то природный кофеин был немногим хуже искусственных препаратов. Однако сами подопытные ощущали себя гораздо бодрее и чувствовали прилив сил.
Другим «плюсом» искусственной химии посчитали то, что в случае передозировки не возникали тремор (непроизвольные судороги в конечностях и в первую очередь в кистях рук) и повышенная частота моргания, появляющиеся при употреблении чрезмерной дозы кофеина.

Окончательный вывод противоречил всякой логике: если возникнет желание напичкать солдат «военной химией», то лучше всего давать им синтетический «Бензедрин» – препарат на основе сульфата амфетамина.
Армейское руководство это не убедило, и оно приказало продолжить эксперименты. Никто не знает, сколько бы длился данный процесс, если бы в дело не вмешались сторонние силы.
Бесконтрольный прием наркотиков
Шел декабрь 1942 года. К тому моменту армия США высадилась в Северной Африке, а ее бомбардировщики проводили воздушные атаки Рейха с британских аэродромов.
Англичане быстро привили «братскому народу» любовь к наркотическим препаратам. Поколение «сухого закона» уже умели пить все, что может гореть. Чудесные таблетки, предложенные британскими товарищами, пользовались бешеной популярностью.
Постепенно в служащих в Соединенном Королевстве подразделениях назрело сильное недовольство. Мол, с какой стати им приходится тратить собственные средства либо просить у англичан «Бензедрин», который изготавливается в самих же США?
Вдобавок британцам препарат вообще дается бесплатно, в рамках ленд-лиза. Военное руководство, возможно, проигнорировало бы все эти жалобы, но вмешалось фармацевтическое лобби.
К помощнику американского военного министра обратился некий Ф. Бойер, занимавший пост вице-президента фирмы «Smith, Kline & French», изготавливавшей вышеупомянутый препарат.
Этот человек настойчиво спрашивал, почему правительство США не приобретает «Бензедрин», столь популярный в Англии.
Военное министерство пыталось отделаться от назойливого представителя компании, ссылаясь на проведенные американскими учеными эксперименты.
В ответ «Smith, Kline & French» представила английский отчет Р. Уинфилда, акцентируя внимание на том, что доклад основан не на лабораторных, а на полевых испытаниях в условиях ведения военных действий. Тот факт, что этот документ основывался только на опросах о субъективных ощущениях, упомянуть забыли.

На военное министерство стали давить и остальные лоббисты, и, наконец, чиновники уступили. В конце зимы 1942 – 1943 гг. Управление снабжения сухопутных войск направило в штабы 2-х крупных воюющих группировок войск США – в Австралию и Северную Африку – сообщение о том, что оно готово каждый месяц поставлять им по 100 000 упаковок препарата, по 6 таблеток в каждой.
В тихоокеанской группировке данное известие особого отклика не нашло, в отличие от штаба генерала Эйзенхауэра. Здесь отлично знали эффект от наркотиков и заказали сразу 0,5 млн. упаковок. Параллельно «Бензедрин» поставляли в дислоцировавшуюся в Великобритании 8-ю воздушную армию.
Помимо таблеток пилоты получали еще и ингаляторы с тем же препаратом в форме порошка – для употребления через дыхательные пути.
Военно-морские силы и американские морпехи тоже не остались равнодушными к «боевой химии». Весной 1943 г. они стали счастливыми обладателями чудо-таблеток и ингаляторов.
Последними стали активно пользоваться команды патрульных «Каталин», часто находившиеся в воздухе на боевом дежурстве по 12-16 ч.
Кроме того, препарат позиционировали как лекарство от морской болезни. Поэтому побережья Иводзимы и Таравы атаковали морские пехотинцы, сверх меры накачанные «Бензедрином». Аналогичная ситуация наблюдалась у солдат, воевавших в Нормандии и Сицилии.

Конечно, руководство ВМС и сухопутных вооруженных сил понимало, чем чревата наркомания. На каждой упаковке препарата было четко указано, что употреблять таблетки можно лишь в крайнем случае и исключительно по распоряжению командира.
Однако на данные рекомендации простым солдатам было попросту наплевать. Тем более, принимая во внимание, легкодоступность «Бензедрина».